Мой мир

s
Menu

История советского спецназовца:

3 Comments

История советского спецназовца: штурмовал Кёнигсберг в рядах панцирной пехоты

Совершивший немало подвигов Иван Салтыков весной 1945 года погиб на подступах к Пиллау

Мы продолжаем рассказ о солдатах и офицерах, прошедших с боями Восточную Пруссию и штурмовавших Кёнигсберг. О них не писали в газетах, о многих из них не знают даже их потомки. Вместе с поисковиками и людьми, увлеченными историей Великой Отечественной войны, Комсомолка открывает новые имена фронтовиков.

Советская панцирная пехота

Штурм Кёнигсберга, как известно, одна из самых успешных и молниеносных военных операций Красной армии в Великой Отечественной войне. Удачный исход битвы стал возможен благодаря участию в ней специально подготовленных штурмовых инженерно-саперных бригад, буквально проходивших сквозь стены любых немецких укреплений. К апрелю 1945-го был уже накоплен серьезный опыт по штурму городов, в частности, руководству 3-го Белорусского фронта было понятно, что такой хорошо укрепленный город-крепость как Кёнигсберг голыми руками взять не получится. Сложную задачу при штурме предстояло выполнить войсковым саперам и саперам-штурмовикам, действовавшим тремя эшелонами. Штурмовым бригадам первого эшелона была поставлена задача провести инженерную разведку, обеспечить войска проходами через проволочные заграждения и минные поля противника, а также пропустить вперед артиллерию и другую боевую технику, предварительно подготовив для них пути наступления. Второй эшелон следовал непосредственно за боевыми порядками, продолжал разминирование маршрутов, расчищал проезды через препятствия и производил все необходимые дорожно-мостовые работы. Третий же эшелон проводил контрольную проверку маршрутов, занимался строительством мостов для прохода тяжелой техники и другими спецзадачами. Конечно, главный удар принимали на себя первопроходцы крепкие парни в стальных панцирях.

В штурмовые бригады не брали слабаков, также в них не попадали кандидаты старше 40 лет, так как боец-штурмовик нес на себе такой груз, который мог присниться обычному пехотинцу только в страшном сне. Средняя нагрузка, с которой штурмовикам приходилось совершать марш-бросок, равнялась 15-20 кг и включала в себя стальной панцирь, который обычно надевался на ватник (нагрудник СН-42 при толщине брони в 2 мм имел вес 3,3 3,5 кг), заплечный мешок с набором взрывника, кроме того, в подсумках должен был находиться увеличенный боекомплект гранат и коктейлей Молотова. И это, не считая стрелкового оружия и различных инструментов, вроде щупов и ножниц для перерезания колючей проволоки. Также бойцы этого спецназа проходили тренировки, в ходе которых, кроме отработки обычных навыков, их учили приемам рукопашного боя, метанию ножа и саперной лопатки.

Три медали и орден

Как сообщает историк Николай Никифоров в своей книге Штурмовые бригады Красной армии в бою, в штурме Кёнигсберга принимали участие три штурмовые инженерно-саперные бригады: 3-я, 4-я и 2-я гвардейская моторизованная. В последней командиром отделения 10-го гвардейского отдельного моторизованного штурмового инженерно-саперного батальона был уроженец Пензенской области гвардии рядовой Иван Емельянович Салтыков.

Иван Салтыков, как вспоминают его земляки, был крепким парнем. Отличался он и своей смелостью, благодаря чему еще до войны успел совершить героический поступок – спас тонущую девочку.

Конечно, Иван Емельянович проявил себя и на фронте. Первую медаль он получил за участие в боях под Великим Новгородом. Рядом с деревней Мшага красноармеец сначала разведал дорогу для танков, потом обезвредил на их пути 2 фугаса и 9 противотанковых мин, а уже во время наступления лично уничтожил семерых гитлеровцев из своего автомата. За этот подвиг командир представил бойца к награждению орденом Славы III степени, но вручили ему медаль За отвагу. До совершения этого подвига Салтыков уже был ранен и успел подлечиться в госпитале на родине, в Лунинском районе Пензенской области.

Орден Славы III степени боец все-таки получил, но уже за другие достижения. В середине октября 1944 года 31-я гвардейская стрелковая дивизия подошла к границам Восточной Пруссии со стороны городка Вилкавишкис, и сапер Иван Салтыков был одним из тех, кто должен обеспечить безопасные ходы через минные поля и проволочные заграждения противника. Он лично снимает 55 противопехотных и 6 противотанковых мин под бешеным огнем фашистов, после чего подползает буквально к окопам гитлеровцев (до них остается 15-20 метров) и прямо у них под носом снимает еще пять противопехотных мин, а также перерезает проволочное заграждение, освобождая проход для пехоты.

После завершения Гумбиннен-Гольдапской наступательной операции, в которой Красная армия понесла тяжелые потери, войска 3-го Белорусского фронта перешли к обороне. В это время штурмовой батальон, в рядах которого воевал Иван Салтыков, готовил оборонительные укрепления в Сувалкинском районе (на территории сегодняшней Польши). С 28 ноября по 3 декабря 1944 года Салтыков руководил группой саперов, устанавливающих проволочный забор на передовой. Красноармеец лично снарядил тысячу мин, за что был представлен к награждению орденом Красной звезды. Правда, начальник саперного отделения принял решение наградить Ивана Емельяновича медалью За боевые заслуги.

Далее батальон Салтыкова был переброшен на территорию сегодняшнего Нестеровского района Калининградской области, где соединение стало участником прорыва немецкой обороны в районе местечка Киддельн (недалеко от сегодняшнего поселка Нежинское) вместе с 54-й гвардейской стрелковой дивизией.

В наградном листе, подписанном 18 января 1945 года, говорится, что с 8 по 13 января гвардии рядовой Салтыков занимался сплошным разминированием и проделыванием проходов в заграждениях на передовой. “Товарищ Салтыков сам лично снял и обезвредил 70 противотанковых и противопехотных мин и взрывом удлиненного заряда проделал проход в проволочном заграждении противника, – говорится в описании его подвига. – Благодаря отличному несению комендантской службы на проходах отделения товарища Салтыкова танки и артиллерия не имели случаев подрыва и аварий”.

Героя снова представили к награждению орденом Красной звезды, но руководство опять передумало, и Салтыкова наградили второй медалью За отвагу.

До Победы я не доживу

В конце марта, перед самым началом операции по штурму Кёнигсберга, Ивана Салтыкова встретил его односельчанин Петр Тарасов. Он еле узнал парня в толпе измотанных солдат. Сапер-штурмовик рассказал земляку, что его батальон только-только перебросили из Польши, а до этого несколько раз посылали в самое пекло.

– Я, наверное, до Победы не доживу, – устало сказал Иван. Мы сейчас снова на передовую, а там уже как повезет.

После штурма Кёнигсберга 2-ю гвардейскую моторизованную штурмовую инженерно-саперную бригаду Салтыкова направили туда, где было жарче всего бойцам необходимо было обеспечить наступление советских войск в направлении порта Пиллау. В районе поселка Тенкиттен (сегодня Береговое) гвардии рядовой Салтыков пропал без вести. Судя по документам, уточняющим потери, это случилось 19 апреля 1945 года. Несмотря на то, что тело Ивана Емельяновича на поле боя не нашли, на его родину после войны приезжал свидетель его гибели. Однополчанин сообщил родным, что видел, как командира отделения разорвало снарядом. Родители Ивана на тот момент уже успели получить сообщение о том, что их сын пропал без вести. Но после этого рассказа надежды найти парня живым окончательно рухнули.

В апреле 2008 года военные связисты в районе поселка Береговое заметили человеческие кости, выглядывавшие из песка. Раскопав яму, они нашли среди останков деформированную взрывом жестяную коробочку, а в ней бережно завернутые в прорезиненную упаковку от бинтов четыре награды: две медали За отвагу, медаль За боевые заслуги и орден Славы III степени. Приехавшие на место поисковики из отряда Совесть провели эксгумацию, и рядом с останками советского бойца нашли кости троих немецких солдат. По номерам на орденах и медалях поисковики быстро установили, что награды принадлежат Ивану Салтыкову. В августе того же года они были переданы родственникам сапера-штурмовика вместе с останками. Похоронили бойца на кладбище села Иванырс Лунинского района Пензенской области рядом со своими родителями и братом.

Его земляки, пришедшие почтить память солдата, рассказывали, что хорошо помнят Ивана, который до 19 лет жил в доме на Заречной улице. На похоронах вспомнили, как парень ухаживал за девушкой Тоней Митрофановой и провожал ее до дома. В компании, в которой они гуляли до войны, всегда была гитара и мандолина…

В ТЕМУ

В октябре прошлого года Комсомолка писала про калининградского поисковика Александра Зайцева из отряда “Совесть”, обнаружившего во время экспедиции к месту падения советского штурмовика ИЛ-2 подписанный солдатский котелок.

Владельцем котелка оказался стрелок, уроженец села Блохино Бессоновского района Пензенской области гвардии красноармеец Алексей Андреевич Воронков, погибший 26 марта 1945 года ровно на том месте, где неделей ранее упал сбитый зенитной артиллерией противника советский штурмовик. Похоронен Воронков был недалеко от места гибели – в 100 метрах северо-западнее поселка Кордоммен. Алексею был всего 21 год. В 1952 году его прах был перенесен в братскую могилу в поселке Пятидорожное Калининградской области.

В субботу 23 февраля Александр Зайцев приехал в Пензу, где сегодня проживают потомки Алексея Воронкова. Поисковик принял участие в торжественном митинге, приуроченном к 23 февраля и встретился с родственниками бойца (их оказалось 45 человек – Воронков был из многодетной семьи).

3 thought on “История советского спецназовца:”

  1. Дмитрий Звягинцев says:

    Можно было месяц его в кольце подержать,не дать морем уйти,и сколько бы жизней спасли,а немцы бы и так сдались,после падения Берлина у них выхода бы не было,и остатки города спасли бы

  2. Наталья Эсперо says:

    Недавно подписалась на вашу группу и не пожалела об этом! Интересные фото и материал. Огромное спасибо за ваш труд.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *